По данным Росстата в январе-июле 2016 года показатель детской смертности снизился до исторического минимума: 6 из 1000 родившихся. Безусловно, это впечатляющий результат. Но давай ненадолго вернемся в прошлое и узнаем, как рожали детей наши предки. Ведь несколько столетий назад из 10 детей до года не доживало трое, а до пяти лет — еще двое. «Бог дал — Бог взял!» Так тогда говорили…

В те времена считалось, что рождение и смерть человека разрушает границы между мирами живых и мертвых: у многих народов было принято покидать жилища и уходить, например, в лес, чтобы ничего не могло помешать этому таинству. У славян тоже рожали не в доме; чаще всего для этого использовалась хорошо истопленная баня.

С женщиной, которой предстояло вот-вот родить, прощались всей семьей. Ее жизнь и вправду подвергалась опасности, ведь если что-то шло не так, исход мог быть неутешительным. Роженице давали в руки кушак, который привязывали к полатям — чтобы держалась. Обязательно перед домашними иконами зажигали венчальные или крещенские свечи.

Чтобы материнская плоть лучше раскрылась и выпустила дитя, женщине распускали косы, раскрывали сундуки, двери, развязывали узлы и открывали замки. Роженице обычно помогала немолодая женщина, бабка-повитуха, которая «специализировалась» на родах. Кстати, непременным условием для подобного статуса было наличие своих здоровых детей.

На родах часто присутствовал муж будущей матери, у славян считалось нормой, чтобы рядом со страдающей женщиной находился любящий и сильный человек, мужчина. У него тоже были свои обязанности: прежде всего он снимал сапог с правой ноги жены и давай ей напиться, затем развязывал пояс и прижимал колено к спине роженицы. Считалось, что это могло ускорить роды.

Муж делал еще одну вещь: кричал и стонал вместо жены! Славяне верили, что таким образом он отвлекал на себя внимание злых сил, способных навредить роженице. Стоит отметить, что так делали не только наши предки: подобный обычай бытовал и среди народов Океании.

Как только младенец появлялся на свет, бабка-повитуха перерезала пуповину и завязывала ее. Важным моментом был заговор грыжи: повитуха трижды закусывала пупок и трижды сплевывала через левое плечо. А еще мама прикладывала ко рту младенца пятку — чтобы спокойным рос.

Еще несколько особенностей: если это был мальчик, тогда пуповину перерезали на топорище или на стреле, чтобы в будущем из него вырос хороший мастер или охотник, если девочка — на веретене, чтобы была хорошей рукодельницей. Перевязывали пупок льняной ниткой с волосами отца и матери и называлось это «повить» (привязать). Отсюда и название «повитуха».

Когда младенца мыли, то приговаривали: «Расти – с брус вышины да печь – толщины!» Обычно мальчику в воду клали куриное яйцо и какую-нибудь стеклянную вещицу, девочке — только стеклянную. Иногда в еле теплую воду подкладывали серебро, чтобы ребенок рос богатым, а еще укрывали тканью зеленого цвета, чтобы стал красивым да пригожим.

Некоторое время новорожденный оставался сам по себе: лежал где-нибудь на скамье, пока не начинал беспокоиться. Тогда его укладывали в «зыбку» — овальный лубяной ящик, который сделал для него отец. Кстати, ему первому вручали младенца и он сам укладывал его в «зыбку», как бы признавая своё отцовство.

А еще для новорожденного срабатывали колыбель. Это была простая деревянная рама с немного провисающей холстиной, которую крепили к длинному шесту, «очепу», что позволяло свободно перемещать колыбель туда-сюда. Над младенцем ничего не должно было быть, чтобы не закрыть его от ангела.

Уже на другой день к роженице приходили соседи, поздравлять с появлением ребенка. Следует отметить, что женщина уже буквально через несколько дней возвращалась к тяжелому повседневному труду, а за малышом оставалась следить «пестунья» или, чаще всего, девочка-сестричка.

В те времена рожали довольно часто: женщина сознательно готовилась к тому, что ей предстоит пережить роды с добрый десяток раз. Считалось благополучием и везением, если случалось именно так. Как бы там ни было — мы с вами здесь. Значит, наши предки всё делали правильно!