Все новости

Почему я не сюсюкаюсь с сыном, когда тот падает

Поделиться ссылкой:

Почему я не сюсюкаюсь с сыном, когда тот падает

Все приходит с опытом, иногда даже сам опыт. И если два года назад мне могло показаться, что я знаю всё, то сейчас понимаю, что было большим заблуждением.

Сегодняшняя тема будет посвящена детским крикам и слезам на фоне падений, а точнее способу, как их избежать и быстро успокоить ребенка.

Не подумайте, я не учитель в белом пальто. Я не буду заниматься нравоучениями, а с вашего позволения, просто расскажу наш метод, с которым, наверняка, знакомы все.

Все началось после того, как сын научился ходить. Без падений, конечно же, не обходилось. Но в большинстве случаев пьяная походка мелкого не давала сбои. Через пару месяцев нормально ходить сын так и не научился… он летал. И после очередного падения или удара о стульчик, кроватку, у нас начинался детский ор. Виной этому были только мы.

Ребенок не успел удариться, а мы тут, как тут со словами: «Ох ты ж, ударился, ну, я покажу этой двери!».

Ну все… фитиль подожжен, осталось: один, два, три… ПУСК. Бомба с часовым механизмом в лице мелкого разрывалась у нас на глазах. Ор, слезы, а затем успокаивание по нескольку минут.

Но всего этого можно было избежать… Просто не показывать ребенку, что ты испуган и взволновал из-за его падения. Да, ты продолжаешь переживать, но малой не должен был этого видеть. Плюс, нужно было слегка подсластить пилюлю и отвлечь внимание смешной фразой или мини-историей. Самое главное у нас — интонация.

Раньше/сейчас

Сын ударился (1,5 года назад) — мы бежим сюсюкаться. Итог — ор, слезы на 10 минут.

Сын ударился (сейчас) — не придаем этому значения. Итог — улыбка, шутка от сына и отличное настроение.

Но здесь не стоит бросаться из крайности в крайность. Описаны равнозначные моменты падения! Если навернется с самоката и прочешет асфальт лицом, конечно, это не сработает, но слегка минимизирует страдания.

——————————————————————————————-

Вот пример. Летом в парке, сын разогнался на самокате, не справился с управлением, а после чего последовало падение, ну и, соответственно, слезы. Дошел до Темыча. Далее диалог сквозь плачь:

— Я упал!

— Таак, сейчас оценим физический урон. Нуу, здесь, сынок, потерян 1% боевой мощи.

— Мощи? Это че? — продолжает всхлипывать ребенок.

Я отвлекаю его внимание от поцарапанной ладошки и показываю свой шрам на локте и рассказываю историю, как полетел с велика и подмел своим подбородком целый двор, а тормозил локтем. Сын: «Зачем подмел лицом дорогу? А тебе было больно? А ты плакал?».

Теперь последовали расспросы о моем случае из детства. Сын еще всхлипывал, но в целом подзабыл о падении и о своей небольшой травме. Его больше интересовало, как я выглядел, и болит ли еще моя рука.

———————————————————————————————

Ударился обо что-то… Сын с выпученными глазами смотрит на нас и ждет нашу реакцию. Если подбежать и начать сдувать пылинки, то всё… пропало. Он все еще сидит на полу, и не знает, как поступить, вроде и больно, но и плакать — не комильфо. Я: «Ох, вот это классный удар. Еще бы чуть-чуть и кровать бы точно треснула! А я когда был маленький, вот так ударил по дивану, он аж подлетел!». Сын: «А как треснула каватка?». Пальчик если и болит, то уже воспринимается, как подвиг.

Это не единственный метод, к каждому случаю подходим индивидуально. Не показываем свой страх и испуг, делаем вид, что ничего необычного не случилось, но «игнор» — не должен быть настоящим. После каждого падения аккуратно выявляем возможные травмы, но не акцентируя на этом внимания. Возможно, моя история будет кому-то полезна. Спасибо за внимание! Всем добра!

источник

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

wp-puzzle.com logo